Брюнет кивнул.
– Я вижу.
Он громко хлопнул ладонями по чемоданчику и с тоской закричал:
– Я же чувствовал, что все так и будет! Я чувствовал это!
20 сентября 2005 года. 06:29.
Совершенно секретно. Молния!
Председателю ФСБ Российской Федерации.
Вследствие неконтролируемого выброса БАВ (биологически активного вещества) и в соответствии с директивой за № 00 074 спецобъект «Заслон-2» был подвергнут радикальной изоляции. В настоящее время из сотрудников спецобъекта остался только Кудрявцев Н. В., личный номер 012 152, находящийся в служебной командировке в г. Москва.
Вероятность инфицирования Кудрявцева Н. В. одним из видов БАВ очень высока.
Прошу принять безотлагательные меры по установлению места нахождения и последующей радикальной изоляции указанного сотрудника – во избежание возможности возникновения крупномасштабной эпидемии.
Начальник охраны режимных объектов по Красноярскому краю
генерал-лейтенант ФСБ
Пыльников С. Ю.
– Где он сейчас?
Седоволосый мужчина в элегантном костюме положил перед собой стопку стандартных листов формата А4 и, немного покопавшись в пластиковом стакане, выбрал самый острый карандаш.
– На борту.
– Когда посадка?
– Рейс уже должен был приземлиться, мы успели перехватить его в последние секунды. Командир корабля передал, что керосина совсем не осталось. Он может покружить над аэродромом еще несколько минут, не больше. Говорит, что ни о каком другом аэродроме не может быть и речи.
Седоволосый размашисто вывел на листе: «Времени нет».
– Передайте, пусть садится на самую дальнюю полосу. И чтобы ни в коем случае не приближался к зданию аэропорта. Сколько пассажиров на борту?
– Сорок шесть и двенадцать членов экипажа.
Седоволосый написал: «46 + 12».
– Этот… Кудрявцев. Он здесь в командировке?
– Так точно, товарищ генерал.